Затерянный мир

- Да не может быть!
- В сильно смягченном виде он звучит так: "Профессор Челленджер
выражает свое уважение президенту Зоологического института и сочтет за
любезность с его стороны, если он провалится ко всем чертям."
- Господи боже!
- Да, то же самое, должно быть, сказал и старик Уэдли. Я помню его
вопль на заседании: "За пятьдесят лет общения с деятелями науки.....
Старик совершенно потерял почву под ногами.
- Ну, а что еще вы мне расскажете об этом Челленджере?
- Да ведь я, как вам известно, бактериолог. Живу в мире, который
виден в микроскоп, дающий увеличение в девятьсот раз, а то, что
открывается невооруженному глазу, меня мало интересует. Я стою на страже у
самых пределов Познаваемого, и, когда мне приходится покидать свой кабинет
и сталкиваться с людьми, существами неуклюжими и грубыми, это всегда
выводит меня из равновесия. Я человек сторонний, мне не до сплетен, но тем
не менее кое-что из пересудов о Челленджере дошло и до меня, ибо он не из
тех людей, от которых можно просто-напросто отмахнуться. Челленджер -
умница. Это сгусток человеческой силы и жизнеспособности, но в то же время
он оголтелый фанатик и к тому же не стесняется в средствах для достижения
своих целей. Этот человек дошел до того, что ссылается на какие-то
фотографии, явно фальсифицированные, утверждая, будто они привезены из
Южной Америки.
- Вы назвали его фанатиком. В чем же его фанатизм проявляется?
- Да в чем угодно! Последняя его выходка- нападки на теорию эволюции
Вейсмана. Говорят, что в Вене он устроил грандиозный скандал по этому
поводу.
- Вы не можете рассказать подробнее, в чем тут дело?
- Нет, сейчас не могу, но у нас в редакции есть переводы протоколов
Венского конгресса. Если хотите ознакомиться, пойдемте, я покажу их вам.
- Это было бы очень кстати. Мне поручено взять интервью у этого
субъекта, так вот надо подобрать к нему какой-то ключ. Большое вам спасибо
за помощь. Если еще не поздно, то пойдемте.
Полчаса спустя я сидел в редакции журнала, а передо мной лежал
объемистый том, открытый на статье "Вейсман против Дарвина. с
подзаголовком "Бурные протесты в Вене. Оживленные прения." Мои научные
познания не отличаются фундаментальностью, поэтому я не мог вникнуть в
самую суть спора, тем не менее мне сразу стало ясно, что английский
профессор вел его в крайне резкой форме, чем сильно разгневал своих
континентальных коллег. Я обратил внимание на первые же три пометки в
скобках: "Протестующие возгласы с мест., "Шум в зале., "Общее возмущение."
Остальная часть отчета была для меня настоящей китайской грамотой. Я до
такой степени мало разбирался в вопросах зоологии, что ничего не понял.
- Вы хоть бы перевели мне это на человеческий язык! - жалобно
взмолился я, обращаясь к своему коллеге.
- Да это и есть перевод!
- Тогда я лучше обращусь к оригиналу.
- Действительно, непосвященному трудно понять, в чем тут дело.
- Мне бы только извлечь из всей этой абракадабры одну-единственную
осмысленную фразу, которая заключала бы в себе какое-то определенное
содержание! Ага, вот эта, кажется, подойдет. Я даже почти понимаю ее.
Сейчас перепишем. Пусть она послужит связующим звеном между мной и вашим
грозным профессором.

Страница: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 170 171 172 173 174 175 176 177 178 179 180 181 182 183 184 185 186 187 188 189 190 191 192 193 194 195 196 197 198 199 200



	Затерянный мир - Да не может быть! - В сильно смягченном виде он звучит так: "Профессор Челленджер выражает свое уважение президенту Зоологического института и сочтет за любезность с его стороны, если он провалится ко всем чертям." - Господи боже! - Да, то же самое, должно быть, сказал и старик Уэдли. Я помню его вопль на заседании: "За пятьдесят лет общения с деятелями науки..... Старик совершенно потерял почву под ногами. - Ну, а что еще вы мне расскажете об этом Челленджере? - Да ведь я, как вам известно, бактериолог. Живу в мире, который виден в микроскоп, дающий увеличение в девятьсот раз, а то, что открывается невооруженному глазу, меня мало интересует. Я стою на страже у самых пределов Познаваемого, и, когда мне приходится покидать свой кабинет и сталкиваться с людьми, существами неуклюжими и грубыми, это всегда выводит меня из равновесия. Я человек сторонний, мне не до сплетен, но тем не менее кое-что из пересудов о Челленджере дошло и до меня, ибо он не из тех людей, от которых можно просто-напросто отмахнуться. Челленджер - умница. Это сгусток человеческой силы и жизнеспособности, но в то же время он оголтелый фанатик и к тому же не стесняется в средствах для достижения своих целей. Этот человек дошел до того, что ссылается на какие-то фотографии, явно фальсифицированные, утверждая, будто они привезены из Южной Америки. - Вы назвали его фанатиком. В чем же его фанатизм проявляется? - Да в чем угодно! Последняя его выходка- нападки на теорию эволюции Вейсмана. Говорят, что в Вене он устроил грандиозный скандал по этому поводу. - Вы не можете рассказать подробнее, в чем тут дело? - Нет, сейчас не могу, но у нас в редакции есть переводы протоколов Венского конгресса. Если хотите ознакомиться, пойдемте, я покажу их вам. - Это было бы очень кстати. Мне поручено взять интервью у этого субъекта, так вот надо подобрать к нему какой-то ключ. Большое вам спасибо за помощь. Если еще не поздно, то пойдемте. Полчаса спустя я сидел в редакции журнала, а передо мной лежал объемистый том, открытый на статье "Вейсман против Дарвина. с подзаголовком "Бурные протесты в Вене. Оживленные прения." Мои научные познания не отличаются фундаментальностью, поэтому я не мог вникнуть в самую суть спора, тем не менее мне сразу стало ясно, что английский профессор вел его в крайне резкой форме, чем сильно разгневал своих континентальных коллег. Я обратил внимание на первые же три пометки в скобках: "Протестующие возгласы с мест., "Шум в зале., "Общее возмущение." Остальная часть отчета была для меня настоящей китайской грамотой. Я до такой степени мало разбирался в вопросах зоологии, что ничего не понял. - Вы хоть бы перевели мне это на человеческий язык! - жалобно взмолился я, обращаясь к своему коллеге. - Да это и есть перевод! - Тогда я лучше обращусь к оригиналу. - Действительно, непосвященному трудно понять, в чем тут дело. - Мне бы только извлечь из всей этой абракадабры одну-единственную осмысленную фразу, которая заключала бы в себе какое-то определенное содержание! Ага, вот эта, кажется, подойдет. Я даже почти понимаю ее. Сейчас перепишем. Пусть она послужит связующим звеном между мной и вашим грозным профессором. Страница: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 170 171 172 173 174 175 176 177 178 179 180 181 182 183 184 185 186 187 188 189 190 191 192 193 194 195 196 197 198 199 200