Возвращение Шерлока Холмса

Наконец, сделав неизбежные, но тем не менее совершенно ошибочные
выводы по поводу случившегося, вы ушли в свою гостиницу, и я остался один.
Я воображал, что мое приключение кончено, но одно весьма неожиданное
происшествие показало, что меня ждет еще немало сюрпризов. Огромный
обломок скалы с грохотом пролетел вдруг совсем около меня, ударился о
тропинку и низринулся в пропасть. В первый момент я приписал это простой
случайности, но, взглянув вверх, увидел на фоне угасающего неба голову
мужчины, и почти в ту же секунду другой камень ударился о край той самой
расселины, где я лежал, в нескольких дюймах от моей головы. Я понял, что
это означает. Мориарти действовал не один. Его сообщник - и я с первого же
взгляда увидел, как опасен был этот сообщник, - стоял на страже, когда на
меня напал профессор. Издали, невидимый мною, он стал свидетелем смерти
своего друга и моего спасения. Выждав некоторое время, он обошел скалу,
взобрался на вершину с другой стороны и теперь пытался сделать то, что не
удалось Мориарти.
Я недолго размышлял об этом, Уотсон. Выглянув, я снова увидел над
скалой свирепое лицо этого субъекта и понял, что оно является
предвестником нового камня. Тогда я пополз вниз, к тропинке. Не знаю,
сделал ли бы я это в хладнокровном состоянии. Спуск был в тысячу раз
труднее, чем подъем. Но мне некогда было размышлять - третий камень
прожужжал возле меня, когда я висел, цепляясь руками за край расселины. На
полдороге я сорвался вниз, но все-таки каким-то чудом оказался на
тропинке. Весь ободранный и в крови, я побежал со всех ног, в темноте
прошел через горы десять миль и неделю спустя очутился во Флоренции,
уверенный в том, что никто в мире ничего не знает о моей судьбе.
Я посвятил в свою тайну только одного человека - моего брата
Майкрофта. Приношу тысячу извинений, дорогой Уотсон, но мне было крайне
важно, чтобы меня считали умершим, а вам никогда не удалось бы написать
такое убедительное сообщение о моей трагической смерти, не будь вы сами
уверены в том, что это правда. За эти три года я несколько раз порывался
написать вам - и всякий раз удерживался, опасаясь, как бы ваша
привязанность ко мне не заставила вас совершить какую-нибудь оплошность,
которая выдала бы мою тайну. Вот почему я отвернулся от вас сегодня
вечером, когда вы рассыпали мои книги. Ситуация была в тот момент очень
опасной, и возглас удивления или радости мог бы привлечь ко мне внимание и
привести к печальным, даже непоправимым последствиям. Что касается
Майкрофта, я поневоле должен был открыться ему, так как мне необходимы
были деньги. В Лондоне дела шли не так хорошо, как я того ожидал. После
суда над шайкой Мориарти остались на свободе два самых опасных ее члена,
оба - мои смертельные враги. Поэтому два года я пропутешествовал по
Тибету, посетил из любопытства Лхассу и провел несколько дней у
далай-ламы[1].

Страница: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 170 171 172 173 174 175 176 177 178 179 180 181 182 183 184 185 186 187 188 189 190 191 192 193 194 195 196 197 198 199 200 201 202 203 204 205 206 207 208 209 210 211 212 213 214 215 216 217 218 219 220 221 222 223



	Возвращение Шерлока Холмса Наконец, сделав неизбежные, но тем не менее совершенно ошибочные выводы по поводу случившегося, вы ушли в свою гостиницу, и я остался один. Я воображал, что мое приключение кончено, но одно весьма неожиданное происшествие показало, что меня ждет еще немало сюрпризов. Огромный обломок скалы с грохотом пролетел вдруг совсем около меня, ударился о тропинку и низринулся в пропасть. В первый момент я приписал это простой случайности, но, взглянув вверх, увидел на фоне угасающего неба голову мужчины, и почти в ту же секунду другой камень ударился о край той самой расселины, где я лежал, в нескольких дюймах от моей головы. Я понял, что это означает. Мориарти действовал не один. Его сообщник - и я с первого же взгляда увидел, как опасен был этот сообщник, - стоял на страже, когда на меня напал профессор. Издали, невидимый мною, он стал свидетелем смерти своего друга и моего спасения. Выждав некоторое время, он обошел скалу, взобрался на вершину с другой стороны и теперь пытался сделать то, что не удалось Мориарти. Я недолго размышлял об этом, Уотсон. Выглянув, я снова увидел над скалой свирепое лицо этого субъекта и понял, что оно является предвестником нового камня. Тогда я пополз вниз, к тропинке. Не знаю, сделал ли бы я это в хладнокровном состоянии. Спуск был в тысячу раз труднее, чем подъем. Но мне некогда было размышлять - третий камень прожужжал возле меня, когда я висел, цепляясь руками за край расселины. На полдороге я сорвался вниз, но все-таки каким-то чудом оказался на тропинке. Весь ободранный и в крови, я побежал со всех ног, в темноте прошел через горы десять миль и неделю спустя очутился во Флоренции, уверенный в том, что никто в мире ничего не знает о моей судьбе. Я посвятил в свою тайну только одного человека - моего брата Майкрофта. Приношу тысячу извинений, дорогой Уотсон, но мне было крайне важно, чтобы меня считали умершим, а вам никогда не удалось бы написать такое убедительное сообщение о моей трагической смерти, не будь вы сами уверены в том, что это правда. За эти три года я несколько раз порывался написать вам - и всякий раз удерживался, опасаясь, как бы ваша привязанность ко мне не заставила вас совершить какую-нибудь оплошность, которая выдала бы мою тайну. Вот почему я отвернулся от вас сегодня вечером, когда вы рассыпали мои книги. Ситуация была в тот момент очень опасной, и возглас удивления или радости мог бы привлечь ко мне внимание и привести к печальным, даже непоправимым последствиям. Что касается Майкрофта, я поневоле должен был открыться ему, так как мне необходимы были деньги. В Лондоне дела шли не так хорошо, как я того ожидал. После суда над шайкой Мориарти остались на свободе два самых опасных ее члена, оба - мои смертельные враги. Поэтому два года я пропутешествовал по Тибету, посетил из любопытства Лхассу и провел несколько дней у далай-ламы[1]. Страница: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 170 171 172 173 174 175 176 177 178 179 180 181 182 183 184 185 186 187 188 189 190 191 192 193 194 195 196 197 198 199 200 201 202 203 204 205 206 207 208 209 210 211 212 213 214 215 216 217 218 219 220 221 222 223