Торговый дом Гердлстон

- Обещаю, - ответил Джон Гердлстон глубоким голосом. Он встал и
нагнулся совсем низко, чтобы расслышать слова умирающего.
Харстон быстро слабел. Он с трудом указал на лежащую на столе книгу в
коричневом переплете.
- Возьми ее в руки, - сказал он.
Коммерсант взял книгу.
- А теперь повторяй за мной: я клянусь и торжественно обязуюсь...
- Я клянусь и торжественно обязуюсь...
- ...лелеять и охранять, как если бы она была моей собственной
дочерью... - донесся дрожащий голос с кровати.
- ...лелеять и охранять, как если бы она была моей собственной
дочерью... - повторил глубокий бас коммерсанта.
- ...Кэт Харстон, дочь моего покойного друга...
- ...Кэт Харстон, дочь моего покойного друга...
- ...И как я поступлю с ней, так да поступит со мной моя собственная
плоть и кровь!
Голова больного бессильно упала на подушку.
- Благодарение богу, - пробормотал он, - теперь я могу умереть
спокойно.
- Отврати свои мысли от суеты и праха этого мира, - сурово сказал Джон
Гердлстон, - и устреми их на то, что вечно и не подвластно смерти.
- Ты уже уходишь? - грустно спросил больной, увидев, что коммерсант
взял свою шляпу и палку.
- Да, я должен идти. У меня в шесть часов свидание в Сити, на которое
я не могу не явиться.
- И у меня свидание, на которое я не могу не явиться, - прошептал
умирающий со слабой улыбкой.
- Я сейчас же пошлю к тебе сиделку, - сказал Гердлстон, - прощай.
- Прощай. Да благословит тебя бог, Джон.
Крепкая, сильная рука здорового человека на мгновение сжала ослабевшие
горячие пальцы больного. А потом Джон Гердлстон тяжелым шагом спустился по
лестнице, и на этом закончилось последнее прощание друзей, чья дружба
длилась сорок лет.
Коммерсант явился на свое свидание в Сити вовремя, но задолго до того
как он добрался туда, Джон Харстон отправился на то последнее ужасное
свидание, вестник которого - Смерть.
ГЛАВА II
БЛАГОТВОРИТЕЛЬНОСТЬ A LA MODE*
______________
* По моде (франц.).
Было пасмурное октябрьское утро. Со времени вышеописанных событий
прошло несколько недель. Сумрачный городской воздух казался еще более
сумрачным сквозь матовые стекла конторы на Фенчерч-стрит. Гердлстон, такой
угрюмый и серый, словно он был воплощением осенней погоды, склонился над
своим столом красного дерева.
Перед началом дневных трудов он отмечал в развернутом перед ним
длинном списке биржевые курсы тех товаров, в которые были вложены капиталы
фирмы. В кресле напротив него сидел, развалясь, его сын Эзра: лицо молодого
человека несколько опухло, а под глазами виднелись темные круги, потому что
он веселился почти до утра, а теперь расплачивался за это.

Страница: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 170 171 172 173 174 175 176 177 178 179 180 181 182 183 184 185 186 187 188 189 190 191 192 193 194 195 196 197 198 199 200 201 202 203 204 205 206 207 208 209 210 211 212 213 214 215 216 217 218 219 220 221 222 223 224 225 226 227 228 229 230 231 232 233 234 235 236 237 238 239 240 241 242 243 244 245 246 247 248 249 250 251 252 253 254 255 256 257 258 259 260 261 262 263 264 265 266 267 268 269