Сэр Найджел Лоринг
Все обернулись, опираясь на короткие копья, и молча уставились нажосленцев, выходивших из лесу и направлявшихся к дубу. Первыми на опушке
показались три герольда в плащах с бретонским горностаем. Они громко трубили
в серебряные трубы. За ними на белой лошади ехал человек исполинского роста
со знаменем Жослена в руках - девять золотых бизантов [Бизант - золотая
монета, чеканившаяся в Византии в средние века] на пурпурном поле. Потом
появились воины. Они ехали по двое в ряд, пятнадцать рыцарей и пятнадцать
оруженосцев, каждый со своим знаменем. Позади на носилках несли престарелого
священнослужителя, епископа Реннского; в руках он держал святые дары и елей,
чтобы дать умирающим последнюю помощь и утешение матери-церкви. Замыкала
процессию огромная толпа мужчин и женщин из Жослена, Гегона и Эллеона и весь
гарнизон крепости, безоружный, как и англичане. Голова французской колонны
достигла луговины, а хвост только-только показался из леса; когда конец
подтянулся, воины спешились и привязали коней к кольям на дальнем конце
поля; за этой линией подняли знамя, и люди начали строиться, пока не
заслонили всю опушку, где плотной стеной стояли зрители.
Англичане внимательно рассматривали геральдические знаки противника:
трепещущие знамена и роскошные плащи говорили на языке, который любой из них
легко понимал. Впереди было знамя Бомануара - лазоревое с серебряными
поясами. На втором знамени, которое держал в руках маленький паж, был
начертан его девиз: "J'ayme qui m'ayme" [Люблю того, кто любит меня
(франц.)]. - А чей это щит позади него - серебряный с пурпурными каплями? -
спросил Найджел. - Его оруженосца Гийома де Монтобана, - ответил Кэлвели. -
А там вон молодой лев Рошфора и серебряный крест силача Дюбуа. Лучших
противников и желать нельзя. Глядите, вон лазоревые кольца молодого
Тинтиньяка, который в прошлый праздник урожая убил моего оруженосца
Хьюберта. И да поможет мне святой Георгий, сегодня еще дотемна я ему отомщу.
- Клянусь всеми тремя германскими королями [В средние века Германия
именовалась Священной Римской Империей германской нации, и титул императора
немецкий король получал лишь после коронования в Риме. Кроме него титул
короля еще при жизни отца носил его наследник. Третий германский король -
король Богемии (Чехии и Моравии), вассал немецкого короля (императора)], -
буркнул Крокварт, - сегодня нам придется напрячь все силы: я никогда не
видывал, чтобы противник собрал столько отличных солдат. Вон тот - это Ив
Шерюэль, бретонцы прозвали его Железным; а там - Каро де Бодега, с ним я
тоже не раз дрался, у него на пурпурном щите три горностаевых круга. А вон -
левша Ален де Каранэ. Помните, он наносит удар с той стороны, что не
прикрыта щитом. - А вон тот невысокий крепкий воин, - спросил Найджел, - у
него щит черный с серебром? Клянусь святым Павлом, он, кажется, человек
достойный, и сразиться с ним почетно: ростом он, правда, не вышел, зато в
плечах косая сажень. - Это сеньор Робер Рагенель, - отозвался Кэлвели,
который уже давно служил в Бретани и хорошо знал бретонцев. - Говорят, он
может унести на плечах лошадь. Особенно берегитесь ударов его стальной
булавы: нет еще такой брони, что их выдержит. А вот и добрый Бомануар,
значит, пора начинать.
Бретонский военачальник уже выстроил своих бойцов в одну шеренгу
напротив англичан и теперь, выехав вперед, пожимал руку Бэмброу. - Клянусь
святым Кадоком, Ричард, какая радостная встреча! - воскликнул он. - Мы
отлично придумали, как развлечься, не нарушая перемирия. - Да, Робер, -
ответил Бэмброу, - и мы вам очень признательны: я вижу, вы постарались
выставить против нас достойных противников. И уж конечно, если всем суждено
погибнуть, мало какие бретонские благородные дома не будут в трауре. - Нет,
среди нас нет никого из высокопоставленных бретонцев. Никто из Блуа, Леонов,
Роганов или Конанов не принимает участия в сегодняшнем сраженье. Но все же
мы - люди благородной крови, имеем гербы и готовы жертвовать жизнью ради
наших прекрасных дам и из любви к благородным обычаям рыцарства. А теперь,
Ричард, на каких условиях вы желали бы сегодня драться? - До тех пор, пока
одна из сторон больше не выдержит. Ведь так редко бывает, чтобы собралось
столько отважных воинов, вот нам и пристало узнать друг друга получше. - То,
что вы говорите, Ричард, справедливо и благородно. Так мы и поступим. А в
остальном, едва герольд возвестит о начале боя, каждый сражается, как ему
угодно. Если же в схватку вмешается кто-либо со стороны, его тут же повесят
на этом дубе.
Страница: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 170 171 172 173 174 175 176 177 178 179 180 181 182 183 184 185 186 187 188 189 190 191 192 193 194 195 196 197 198 199 200 201 202 203 204 205 206 207 208 209 210 211 212 213 214 215 216 217 218 219 220 221 222 223 224 225 226 227 228 229 230 231 232 233 234 235 236 237 238 239 240 241 242 243 244 245 246 247 248 249 250 251 252 253 254 255 256 257 258 259 260 261 262 263 264 265 266 267 268 269 270 271 272 273 274 275 276 277 278 279 280 281 282 283 284