Приключения Михея Кларка
- Как это так, около вашей постели? - удивился я.- А это была такая мода - принимать лежа в посте-. ли. Но на вас при
этом должен быть непременно надет парик и батистовая сорочка с кружевами.
Впоследствии пошла другая мода. Стало позволяться принимать утренних гостей,
сидя в кресле. Но и тут вменялось в обязанность надевать небрежный костюм.
Халат и туфли - обязательно. Да, Кларк, мода - это великий тиран, хотя ее
власть и не распространяется на Хэвант. Дело в том, что ленивые горожане
хотят завести порядок в жизни и вследствие этого хотят сделаться рабами
моды. Я отличался особой покорностью моде. Во всем Лондоне не было такого
покорного раба моды, как я. Я был регулярен в своих нерегулярностях. Я
сохранял порядок в своей беспорядочности. Ровно в 11 часов утра ко мне в
спальню входил мой слуга, неся мне чашку чинограсса. Это чудное средство
против тошноты. Вместе с этим я съедал легкий завтрак: кусочек дичи или
чего-нибудь в этом роде. Затем начинался утренний прием. Являлись тридцать
человек всякой дряни, вроде той, о которой я только что говорил. Иногда,
впрочем, попадались между ними и честные люди. Какой-нибудь нуждающийся
литератор иногда забредал ко мне, чтобы попросить гинею, или же находящийся
не у дел педант с большой ученостью в голове, но с пустым карманом. Ко мне
лезли не только потому, что считали меня богатым и влиятельным человеком.
Всем было известно, что я дружен с лордом Галифаксом, Сиднеем Годольфином,
Лоренсом Гайдом и другими влиятельными господами. Через меня добивались их
протекции... А поглядите-ка, вон там, налево, что-то светится. Не заехать ли
нам туда? Может быть, мы и найдем там что-нибудь.
- Это нам придется, по всей вероятности, сделать на возвратном пути, -
сказал я, - Гукеру приказано ехать в определенное место, и он никаких
остановок не будет делать. Полагаю, что мы еще успеем сюда заехать: ночь
велика.
- Если бы мне пришлось ехать за провиантом даже вплоть до Соррея, я
поеду туда, - сказал баронет. - Черт возьми, как я покажусь на глаза своим
мушкетерам, если нам не удастся добыть ничего съестного? Когда я уезжал, у
них не было ровно ничего. Что же, вы им пулями прикажете питаться, что ли?
Однако вернемся к предмету нашего разговора, то есть к жизни в Лондоне.
Время у нас было так хорошо распределено. Особенно много там учреждений,
благоприятных для людей, преданных какому-нибудь спорту. В Хоклее дрались на
рапирах, в Шопене был устроен бой петухов, бой быков - в Саутверке, стрельба
в цель - на Тотгильском поле. Наконец, можно было отправляться в сады
Сен-Джемс или, воспользовавшись отливом, отправиться в вишневые сады, вниз
по реке, в Розеритб. Принято также было ездить пить молоко в Ислингтон. Для
молодых же людей, хорошо одетых, было принято гулять по парку. Как видите,
Кларк, мы были очень деятельны в нашем безделии, и недостатка в занятиях у
нас не было. А когда наступал вечер, мы могли отправляться или в игорный
дом, или в Дорсетский сад, или в Линкольскую гостиницу, или в Дрюрилен, или
в Королевский. Одним словом, в удовольствиях недостатка не было.
- Ну, что же, - ответил я. - Вы прекрасно употребляли время. Сидя в
театре, вы слушали великие мысли Шекспира и Массингера, и в вашей душе
восставали величавые образы.
Сэр Гервасий тихонько засмеялся.
- Михей, - сказал он, - вы так же свежи, как свеж этот приятный
деревенский воздух. Знаете ли вы, большой ребенок, что мы ездили в театр
вовсе не за тем, чтобы смотреть пьесы.
- Зачем же вы туда ездили в таком случае? - спросил я.
- Чтобы смотреть друг на друга, - ответил он. - Великосветские щеголи,
следуя моде, - стояли все время, прислонившись к рампе, спиной к сцене, а
лицом к зрителям. Щеголь занимался тем, что нахально смотрел на голландских
девиц. Эти девицы в большой моде в Лондоне, и надо вам сказать, что это в
партере обыкновенно сидят особы в масках. И на них принято смотреть и
догадываться, кто они такие. Тут же сидят городские и придворные красавицы.
И на них мы должны были смотреть в лорнеты. А вы говорите - игра. У нас было
более веселое занятие, чем слушать александрийские стихи и оценивать красоту
гекзаметров. Мы начинали шуметь и хлопать только в тех случаях, когда на
сцену выходили танцовщица Лажен или Брестюртль или мистрисс Ольфайльд. Но мы
аплодировали не актрисам, а хорошеньким женщинам.
Страница: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 170 171 172 173 174 175 176 177 178 179 180 181 182 183 184 185 186 187 188 189 190 191 192 193 194 195 196 197 198 199 200 201 202 203 204 205 206 207 208 209 210 211 212 213 214 215 216 217 218 219 220 221 222 223 224 225 226 227 228 229 230 231 232 233 234 235 236 237 238 239 240 241 242 243 244 245 246 247 248 249 250 251 252 253 254 255 256 257 258 259 260 261 262 263 264 265 266 267 268 269 270 271 272 273 274 275 276 277 278 279 280 281 282 283 284 285 286 287 288 289 290 291 292 293 294 295 296 297 298 299 300 301 302 303 304 305 306 307 308 309 310 311 312 313 314 315 316 317 318 319 320 321 322 323 324 325 326 327 328 329 330 331 332 333 334 335 336 337 338 339 340 341 342 343 344 345 346 347 348 349 350 351 352 353 354 355 356 357 358 359 360 361 362 363 364 365 366 367 368 369 370 371 372 373 374 375 376 377 378

