Его прощальный поклон

- А преступник?
Холмс нацарапал несколько слов на обороте своей визитной карточки и
бросил ее Лестрейду.
- Вот о ком идет речь, - сказал он. - Произвести арест можно будет
самое раннее завтра вечером. Я просил бы вас не упоминать обо мне в связи
с этим делом, ибо я хочу, чтобы мое имя называли только в тех случаях,
когда разгадка преступления представляет известную трудность. Идемте,
Уотсон.
Мы зашагали к станции, а Лестрейд так и остался стоять, восхищенно
глядя на карточку, которую бросил ему Холмс.
- В этом деле, - сказал Шерлок Холмс, когда мы, закурив сигары,
беседовали вечером в нашей квартире на Бейкер-стрит, - как и в
расследованиях, которые вы занесли в свою хронику под заглавиями "Этюд в
багровых тонах" и "Знак четырех", мы были вынуждены рассуждать в обратном
порядке, идя от следствий к причинам. Я написал Лестрейду с просьбой
сообщить нам недостающие подробности, которые он узнает только после того,
как возьмет преступника. А об этом можно не беспокоиться, потому что,
несмотря на полное отсутствие ума, он вцепится, как бульдог, если поймет,
что надо делать; эта-то цепкость и помогла ему сделать карьеру в
Скотленд-Ярде.
- Значит, вам еще не все ясно? - спросил я.
- В основном все. Мы знаем, кто совершил это отвратительное
преступление, хотя одна из жертв нам еще неизвестна. Конечно, вы уже
пришли к какому-то выводу.
- Очевидно, вы подозреваете этого Джима Браунера, стюарда с
ливерпульского парохода?
- О! Это больше чем подозрение.
- И все же я не вижу ничего, кроме весьма неопределенных указаний.
- Напротив, по-моему, ничто не может быть яснее. Давайте еще раз
пройдем по основным этапам нашего расследования. Как вы помните, мы
подошли к делу абсолютно непредвзято, что всегда является большим
преимуществом. У нас не было заранее построенной теории. Мы просто
отправились туда, чтобы наблюдать и делать выводы из наших наблюдений. Что
мы увидели прежде всего? Очень спокойную и почтенную женщину, судя по
всему, не имеющую никаких тайн, и фотографию, из которой я узнал, что у
нее есть две младших сестры. Тогда же у меня мелькнула мысль, что коробка
могла предназначаться одной из них. Но я оставил эту мысль, решив, что
подтвердить ее или опровергнуть еще успею. Затем, как вы помните, мы пошли
в сад и увидели необычайное содержимое маленькой желтой коробки.

Страница: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148



	Его прощальный поклон - А преступник? Холмс нацарапал несколько слов на обороте своей визитной карточки и бросил ее Лестрейду. - Вот о ком идет речь, - сказал он. - Произвести арест можно будет самое раннее завтра вечером. Я просил бы вас не упоминать обо мне в связи с этим делом, ибо я хочу, чтобы мое имя называли только в тех случаях, когда разгадка преступления представляет известную трудность. Идемте, Уотсон. Мы зашагали к станции, а Лестрейд так и остался стоять, восхищенно глядя на карточку, которую бросил ему Холмс. - В этом деле, - сказал Шерлок Холмс, когда мы, закурив сигары, беседовали вечером в нашей квартире на Бейкер-стрит, - как и в расследованиях, которые вы занесли в свою хронику под заглавиями "Этюд в багровых тонах" и "Знак четырех", мы были вынуждены рассуждать в обратном порядке, идя от следствий к причинам. Я написал Лестрейду с просьбой сообщить нам недостающие подробности, которые он узнает только после того, как возьмет преступника. А об этом можно не беспокоиться, потому что, несмотря на полное отсутствие ума, он вцепится, как бульдог, если поймет, что надо делать; эта-то цепкость и помогла ему сделать карьеру в Скотленд-Ярде. - Значит, вам еще не все ясно? - спросил я. - В основном все. Мы знаем, кто совершил это отвратительное преступление, хотя одна из жертв нам еще неизвестна. Конечно, вы уже пришли к какому-то выводу. - Очевидно, вы подозреваете этого Джима Браунера, стюарда с ливерпульского парохода? - О! Это больше чем подозрение. - И все же я не вижу ничего, кроме весьма неопределенных указаний. - Напротив, по-моему, ничто не может быть яснее. Давайте еще раз пройдем по основным этапам нашего расследования. Как вы помните, мы подошли к делу абсолютно непредвзято, что всегда является большим преимуществом. У нас не было заранее построенной теории. Мы просто отправились туда, чтобы наблюдать и делать выводы из наших наблюдений. Что мы увидели прежде всего? Очень спокойную и почтенную женщину, судя по всему, не имеющую никаких тайн, и фотографию, из которой я узнал, что у нее есть две младших сестры. Тогда же у меня мелькнула мысль, что коробка могла предназначаться одной из них. Но я оставил эту мысль, решив, что подтвердить ее или опровергнуть еще успею. Затем, как вы помните, мы пошли в сад и увидели необычайное содержимое маленькой желтой коробки. Страница: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148